Выставка «Обиход писца»

Три дня — с 23 по 25 мая — в Музее книги Российской государственной библиотеки «гостили» экспонаты из калужского музея «Вотчина».

 


Фото: Мария Говтвань, РГБ

 

Сергей Иванович Нелюбов, офицер запаса, уполномоченный эксперт по культурным ценностям Министерства культуры Российской Федерации, председатель Калужского общества коллекционеров, создатель и директор Музея русского быта «Вотчина», привёз свои сокровища на выставку «Обиход писца», организованную Музеем книги и приуроченную ко Дню славянской письменности и культуры. Сергей Иванович встречал посетителей выставки, выступал перед участниками Книговедческих встреч и подробно рассказывал о предметах из своей коллекции — без его пояснений догадаться о назначении некоторых из них современному человеку практически невозможно.

Центром экспозиции мини-выставки — и, безусловно, центром притяжения для всех посетителей — стал «Стол писца». Друзья коллекционера нашли стол близ заброшенной деревни Вижево Пинежского района Архангельской области. Зная горячее желание коллекционера получить эту редкую вещь, с большими трудностями доставили в Калугу, а Сергей Иванович уже сам отреставрировал его и укомплектовал предметами из обихода писца. На это ушло пять лет. Уже только сам этот уникальный предмет с его наполнением мог бы стать отдельной выставкой.
 

Под крышкой и на столешнице расположились около 30 предметов — основные инструменты, принадлежности и утварь рабочего места. Здесь можно увидеть светец и мухоловку, аспидные и восковые таблички, писало и стилос, подвесную чернильницу из медного сплава и футляр для чернильных орешков, кружало (стальной циркуль) и колку (шило), карамсу — прибор для линования писчей бумаги, скобельник — металлическую лопаточку для зачистки ошибок в тексте, молоточек-кирочку для крепления книжных застёжек и несколько видов самих застёжек. Вот что сам Сергей Нелюбов говорит о некоторых предметах, вошедших в экспозицию:

 

«Найти кованые ножницы было очень трудно: то попадались сломанные, то не подходили по возрасту к другим предметам — были изготовлены или раньше, или позже, то не резали, а для меня было важно, чтобы этим инструментом можно было пользоваться... Если у старинной чернильницы потерялась крышечка, подобрать её невозможно: каждая делалась точно под конкретную чернильницу... Лощильный „зуб“ нужен был для разглаживания кож, бумаги, сусального золота. Его делали из медвежьего или волчьего клыка. Клык для этой лощилки добыл мой друг-охотник».

 


Деревянная скульптура «Калужский летописец». Автор Валерий Баранов, член Калужского отделения Союза художников России. Фото: Мария Говтвань, РГБ

 

Особое внимание гости выставки уделили тонко выполненной деревянной скульптуре «Калужский летописец» авторства Валерия Баранова, члена Калужского отделения Союза художников России. Хотя, наверное, можно сказать, что авторов у этой работы двое: идея и образ родились у Сергея Ивановича, а воплотил их в жизнь художник.

Сергей Нелюбов ответил на несколько вопросов редактора сайта РГБ Евгении Пайсон:

— Сергей Иванович, почему для вас так важна тема славянской письменности?

— Когда делаешь какое-то серьёзное дело, особенно творческое, всегда обращаешься к истокам. Нельзя не знать, кто такие были Кирилл и Мефодий, как на Руси появилась письменность. Я считаю, что любой человек должен знать участок истории, посвящённый появлению письменности и русского языка. Это очень важно каждому русскому человеку.
 

 

— Что ещё включает ваша коллекция, кроме предметов для письма?

— Если перечислять всё, это будет очень долго! Я собираю старинные пуговицы, напёрстки, безмены, копоушки, русские игрушки... Но гордостью моей коллекции я считаю так называемую «Кунсткамеру» — предметы быта, чьё назначение невозможно угадать, просто глядя на него. Некоторые из них я привёз с собой.

Вот, например, мухоловка. Предмет из обихода писца. Точки, похожие на крошки, на страницах старых книг — это мушиный засид. Чтобы мухи не мешали работать, в блюдечко клали мёд, накрывали стеклянным колпаком причудливой формы, а в жёлоб наливали мыльную воду. Муха, привлечённая сладким, залетала под колпак, а выбраться не могла. Летала, жужжала — и падала, обессилев, в воду. Чиновники (а я считаю, что это люди довольно бесполезные, которые могли только перья чинить!) смотрели на эту мушиную гибель, как в телевизор.
 

 

Очень интересный предмет — венчик для шампанского. Небольшой стерженёк, из которого появляется пучок тонких проволочек. Некоторые дамы не любят, когда в шампанском пузырьки. Ложкой их не разогнать, а венчиком — очень легко и быстро. Подарок для человека, у которого всё есть — ложечка для костного мозга. А сырные кнопки позволяют отрезать кусок сыра от большой головки, не коснувшись восковой корки. Замок-головоломка-лошадка запирает стол писца — его невозможно открыть, если не решить эту головоломку. А крючок для надевания сапог, сделанный в Туле, близок мне как подполковнику запаса.

В моей кунсткамере больше тридцати необычных предметов, но один из самых любимых экспонатов — шахматные фигурки из кости, удивительная редкость! Это слон и ладья, изготовленные в Новгороде в XII веке. Шахматы древней Руси — памятники истории и культуры нашей страны.

 


Подвесная чернильница с надписью. Фото: Мария Говтвань, РГБ

 

— Интересуетесь ли вы историей предметов, которые к вам попадают, их прежними владельцами?

— Обязательно. На языке искусства это называется «провенанс». Как правило, такая история есть. Но бывает, что предмет найден при раскопках, в огороде, в лесу. Он привязан к местности, а не к конкретному человеку. Тогда приходится обращаться к источникам, искать, разбираться. Я эксперт, поэтому мне это очень интересно — найти корни, понять технику изготовления, узнать автора. Иногда всё остаётся на уровне предположения, но иногда удаётся узнать точно. Например, вот эта чернильница. На ней написано: «1718 году, сына Токалова Родиона Васильева». Это единственная в России чернильница, на которой написано само слово «чернильница» и указано точно, чья она и когда сделана.

— Чего ещё нет в вашей коллекции? Чему вы планируете уделить внимание в ближайшем будущем?

— Есть такое направление — виды письма: скоропись, славянская вязь. Меня это направление очень интересует, и вот этим я хотел бы заняться серьёзнее.
 

 

Музей книги Российской государственной библиотеки получил от Сергея Ивановича Нелюбова очень ценный подарок — две старинных чернильницы. Одна — синего кобальтового стекла конца XIX — начала XX века, а другая, подвесная, XVIII века, — из медного сплава, с изображением льва и единорога. Теперь они займут почётное место среди других сокровищ Музея книги.

Вписать мини-выставку «Обиход писца» в экспозицию Музея книги РГБ Сергею Ивановичу помогли сотрудники музея — главный хранитель фондов сектора музейной и выставочной работы Нина Викторовна Чаленко и заведующая сектором музейной и выставочной работы Мария Борисовна Золотова.

Коллекция Сергея Ивановича Нелюбова вызвала огромный интерес, а его увлечённость и научный подход — глубокое уважение и восхищение и у специалистов, и у посетителей выставки.

 


Сергей Иванович Нелюбов с главным хранителем фондов сектора музейной и выставочной работы Ниной Викторовной Чаленко. Фото: Мария Говтвань, РГБ

 

 


 

 


Справка:

О работе Сергея Иванович Нелюбова в качестве эксперта по культурным ценностям можно прочитать в материале «Медь, что паче злата».

О музее «Вотчина» — в материале «Калужская отчина».